«Священные» ритуалы, места и традиции

Как известно, на духовной стезе присутствуют эзотерическая и экзотерическая составляющие.

Причём экзотерическое изначально предполагалось как нечто, что, до времени преображения ученика, скрывало от непосвящённых внутренний смысл вещей. Однако с течением времени, сакральный смысл либо забывался, либо выхолащивался теми, кто называя себя мастерами, таковыми не являлся. Это приводило к новым, поверхностным трактовкам сакрального, далёкого от своего изначального смысла, а, значит, и недейственного в настоящем.

Примером могут служить «новые» трактовки Принципов Микао Усуи в традиции Рэйки, где «мастера» легко позволяют себе заменить, как они выражаются «отрицательную» компоненту принципов (при переводе с японского эти принципы звучат с частицей «не»: не гневайся, не беспокойся и т.д.) на «положительную», путая, при этом духовные принципы с аффирмациями. Или другой пример — в христианстве Нагорная проповедь Христа очень часто преподносится как некое моралистическое начало…

Поэтому, когда дело доходит до садханы (духовной практики) новоначальным, часто, не под силу разобраться, где же здесь действительно глубокий духовный смысл, а где поверхностный и, подчас, наносной.

В этой связи в книге «Так уж случилось, что… Беседы и притчи мастера адвайты» (Рамеш С. Балсекар, / Перев. с англ. — М.: ООО Издательский дом «София», 2004.) описан, имевший место быть, случай…

«Человек часто забывает, что символ — это всего лишь символ, и придаёт ему самостоятельное значение, делает его самоцелью. В этом состоит опасность каждого символа, каждой духовной практики, каждого ритуала».

При одном ашраме жил кот, который любил входить в помещение во время обряда и нарушал его. Глава ашрама распорядился во время церемонии прятать кота под корзиной, что и было сделано. Со временем это стало ритуалом. И когда кота не стало, ашрам был вынужден приобрести нового, чтобы были кого прятать под корзиной.

Нечто подобное можно сказать и о так называемых «священных местах», «священных традициях».

Как-то раз, когда я жил в православной обители, нужно было погрузить иконы в машину, чтобы перевезти их на новое место. Все задействованные в этом братья занимались своим делом. Неожиданно

ко мне подошёл епископ и сказал: «Осторожней! Да откроется Вам: это — самое святое, что у нас есть!..»

Надо сказать, что его слова вызвали, на какое-то время, некую сумятицу в моей голове, так как до этого я полагал, что самое святое, что у нас есть — это души наших братьев и сестёр…

Или ещё один пример. В Западной традиции Рэйки Хавайо Таката, по лишь ей одной известным причинам, предпочла не знакомить своих учеников с письменным наследием своих учителей — Микао Усуи и Чуджиро Хаяси, заявляя, что Рэйки — исключительно устная традиция.

В настоящее время, благодаря исследованиям, проведённым некоторыми мастерами Рэйки, жившими на родине Микао Усуи и имевшими возможность ознакомиться с записями учителей, мы знаем, что и Микао Усуи и Чуджиро Хаяси всё-таки оставили нам богатое письменное наследие, которое уже опубликовано и переведено на ряд языков, включая русский.

Тем не менее, многие западные мастера Рэйки до сих пор определяют Рэйки как устную традицию и даже умудряются подвести под это «глубокую духовную основу»…

Ещё один рассказ из вышеупомянутой книги бесед и притч иллюстрирует то, что ни один настоящий мастер никогда не спутает между тем, что является формой, знаком, указующим на значение, а что является по-настоящему духовным наполнением этой формы…

Нисаргадатта Махарадж утверждал, что его «пинда», т. е. средоточие его существа, — бхакти[1]. Он посещал храм и каждый вечер распевал бхаджаны[2], пока Божественная сила не сделала его гуру, проповедующим недвойственность. Но бхакти была его естественной природой. Однажды группа учеников в праздник Махаши-варатри пошла в храм Шивы. В храме было внутреннее святилище. Они подошли к нему и увидели лингам[3] Шивы. Один из них, напустив на себя великую почтительность, сказал: «Этот лингам Шивы, должно быть, очень священный». На это Махарадж сказал: «Да, достаточно священный, чтобы я мог помочиться на него». (И это сказал бхакта!).

[1] Бхакти — (бхадж — преклоняться) — преданность, преклонение. Отсюда «бхакта» — преданный.

[2] Бхаджан — (бхадж — преклоняться) — практика поклонения, молитва, песнопения.

[3] Лингам — храм, святилище.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить